Цель исследования — изучение распределения синдромов и составляющих синдромов традиционной китайской медицины (ТКМ) при лимфоме, а также корреляции между синдромами ТКМ и клиническими показателями западной медицины (ЗМ). В исследование были включены 216 пациентов с лимфомой, соответствующих критериям включения, пациентов, обращавшихся в отделение гематологии Третьей Народной Больницы при Университете китайской медицины Фуцзяня в период с января 2023 по май 2024 года. Собиралась информация о четырех методах диагностики, проводилась дифференцировка синдромов ТКМ, выделялись компоненты синдромов, анализировалась взаимосвязь каждого синдрома с лабораторными показателями, включая лактатдегидрогеназу (LDH), β2-микроглобулин (β2-MG), иммуноглобулин G (IgG), иммуноглобулин M (IgM), иммуноглобулин A (IgA), количество лейкоцитов (WBC), гемоглобин (Hb), количество тромбоцитов (PLT), количество нейтрофилов (NEUT), показатели иммуногистохимического окрашивания: B-лимфоцитарная лимфома-6 (BCL6), B-лимфоцитарная лимфома-2 (BCL2), онкоген MYC и экспрессия белка Ki67, стадирование системы Ann Arbor и индекс международного прогноза (IPI), а также корреляция с инфильтрацией костного мозга, осложнениями инфекции во время химиотерапии и степенью костномозговой супрессии после химиотерапии. Результаты: частота пяти синдромов ТКМ по убыванию: синдром дефицита Инь с образованием мокроты (41,67%), синдром застойного Ци с блокированием мокроты (30,56%), синдром холодной мокроты и застоя (12,96%), синдром стаза мокроты и токсинов (12,04%) и синдром дефицита жизненной энергии с атакой патогенным фактором (2,77%). Часто встречающиеся составляющие синдромов — дефицит Инь (50,93%) и мокрота (45,37%). Синдромы ТКМ были связаны с β2-MG, PLT, MYC, BCL2/MYC, экспрессией белка Ki67 и инфильтрацией костного мозга (P < 0,05). Различия в стадиях Ann Arbor и показателях IPI между синдромами статистически незначимы. По сравнению с синдромом холодной мокроты и застоя, синдром застойного Ци с блокировкой мокроты характеризовался повышением NEUT, MYC, BCL2/MYC, Ki67 и степени костномозговой супрессии после химиотерапии (P < 0,05); синдром стаза мокроты и токсинов характеризовался высоким уровнем экспрессии MYC и BCL2/MYC и костномозговой супрессией после лечения (P < 0,05); синдром дефицита Инь с мокротами был связан с высокой экспрессией MYC и BCL2/MYC и инфильтрацией костного мозга, но с низким уровнем PLT (P < 0,05); синдром дефицита жизненной энергии с патогенным фактором отличался высокой экспрессией MYC, BCL2/MYC и Ki67, а также степенью костномозговой супрессии (P < 0,05). По сравнению с синдромом застойного Ци с мокротами, синдром стаза мокроты и токсинов имел более низкую экспрессию Ki67 (P < 0,05); синдром дефицита Инь с мокротами имел высокие показатели β2-MG, инфильтрацию костного мозга и повышенную частоту инфекций во время химиотерапии, но низкие значения PLT, NEUT и костномозговой супрессии после химиотерапии (P < 0,05). По сравнению с синдромом стаза мокроты и токсинов, синдром дефицита Инь с мокротами характеризовался более высоким уровнем β2-MG и более низкими NEUT и степенью костномозговой супрессии (P < 0,05); синдром дефицита жизненной энергии с патогенным фактором имел повышенную экспрессию Ki67 (P < 0,05). По сравнению с синдромом дефицита Инь с мокротами, синдром дефицита жизненной энергии с патогенным фактором имел более высокую экспрессию Ki67 (P < 0,05). Выводы: синдром дефицита Инь с мокротами часто встречается при лимфоме; существует связь между синдромами ТКМ и клиническими показателями западной медицины. Тепловые признаки в синдромах могут указывать на активность болезни и плохой прогноз, а повышенная патогенность и дефицит жизненной энергии могут свидетельствовать о тяжелой химиотерапии-связанной костномозговой супрессии.

lymphoma;синдромы;составляющие синдромов;дефицит Инь;мокрота